Навiгацiя

Церковний календар

Новини / Протоиерей Георгий Завершинский: «Мои романы – о невысказанной вере советского человека» / Протоиерей Георгий Завершинский: «Мои романы – о невысказанной вере советского человека»

Протоиерей Георгий Завершинский: «Мои романы – о невысказанной вере советского человека»

16.09.2021

– Отец Георгий, в одну из наших последних бесед вы упомянули среди своих книг роман «Третий брат», открывающий начало целой трилогии. Почему стало интересно? Во-первых, издательство-гигант «Эксмо», лидер отечественного и один из крупнейших мировых игроков отрасли, выпускает книгу священника, причем совсем не в линейке религиозной литературы. С другой, «Третий брат» – это некий символ, Христос, которого вы сокрыли между строк своей истории, разворачивающейся большей частью во времена СССР и на его обломках. Наконец, в романе вы, кроме всего прочего, ставите вопрос об идентичности нашего народа. Этого было достаточно, чтобы вытянуть «атомного пастыря» на очередную беседу. Что побудило вас сесть за написание «Третьего брата»?

– Советское время, время, когда Православная Церковь была гонима и притесняема, было временем новомучеников и исповедников, которых – множество, известных и неизвестных, о коих знает только Бог. Но, кроме того, в течение почти 70 лет огромное количество людей, советский народ, «новая общность», как называли мы себя в то время, – это ведь по сути и в глубине, в самой своей сердцевине, тот же русский народ, который  жил и во времена Петра I, и в Синодальный период, и в начале XX века, когда на патриарший престол вновь вернулся Предстоятель и был избран всенародно святитель Тихон. Что же стало с нашими людьми в их отношениях друг с другом и с Богом в связи с кардинальными переменами в жизни после наступления советской эпохи, когда внешнее исповедание веры, посещение церкви, участие в богослужении и Таинствах были недоступны для подавляющего большинства тех, кто жил в нашей стране? Где же был Христос в то время, для тех советских людей? Именно этот вопрос меня и в прежнее время волновал, и я затронул его сейчас, когда решил написать не просто роман, а трилогию под общим названием «Третий брат».

– Правда ли, что в основе романа лежит реальная история из жизни ваших родственников?

– Да, канвой событий служит история моей семьи, родного дедушки, военного артиллериста во времена Гражданской войны и после нее, ставшего впоследствии журналистом, затем редактором армейской газеты и офицером. В таком качестве он попал на дальневосточный фронт, жил в Хабаровске и на Сахалине. После окончания Великой Отечественной войны семья его переехала в Архангельск, а оттуда, значительно позже, когда дед был в запасе и на заслуженном отдыхе, они жили Череповце Вологодской области. «Следуя» за семьей моего дедушки и затем моих родителей (но не меня самого), я разворачиваю историю на страницах трилогии.

«Третий брат», как не сложно догадаться по названию, о том, как Христос открывает Себя среди людей советского народа, безбожников, как мы себя сами тогда называли. Мы ведь не можем представить себе, что Иисус покинул эту страну, которая хотя и назвала себя безбожной, но долгое время до этого не была таковой. Так быть не может и не было! Об этом я и пишу, охватывая в романах период с 1944 года до середины 1990-х. Но этот период – лишь сюжетная канва, в общем и целом это художественное произведение. Цель, мотив и намерение – читателю, может быть, совершенно не знакомому с Евангелием и православной верой, рассказать о забавных, трагических, радостных и горестных событиях, открыть присутствие Третьего брата.

– Почему роман и вся трилогия получили название «Третий брат»?

– Вспоминаем евангельское «где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18:20). «Во имя Мое» – значит, двое готовы поступить по-братски, а именно: готовы на жертву друг ради друга. Незримо каждый раз это происходит каким-то необыкновенным образом. Прямо в романе об этом не говорится, имени Христа не произносится, о Боге не упоминается, разве что в досужих рассуждениях или с атеистических позиций. Это не является прямой словесной проповедью. Но ведется проповедь через обстоятельства и события, а главное, через присутствие Христа среди тех, кто в Нем нуждается и готов пожертвовать собой ради другого, тем самым подтверждая свое согласие поступить подобно тому, как поступил Спаситель. При этом – не отдавая себе до конца отчета в том, что это было прежде, какова история Церкви и кто такие мученики и новомученики. Это сохранилось в природе русского человека, несмотря на 1917 год и появление новой общности «советский народ». Да, общество стало безбожным, но до этого было много веков, когда вера не просто хранилась, но и трепетно передавалась из поколения в поколение и возрастала в глубоком проникновении в подлинное Православие, которое, конечно, невероятно тонкое и умом непостижимое.

Я хотел заинтересовать читателя теми событиями, которые отчасти вымышлены, а отчасти реальны. Персонажи – это семья редактора газеты (прообраз моего дедушки). Они действительно жили у японцев в северной части Сахалина. Действия происходят в Александровске-Сахалинском, в местах бывшей каторги, где провела последние годы авантюристка и преступница царского времени Сонька Золотая Ручка. Ее образ тоже появляется в определенных ситуациях, иногда мистических, но дающих повод для размышления. Так вот, семья жила в семье японского инженера, и очень дружно. Японцы разговаривали по-русски, потому что северная часть Сахалина формально принадлежала России после событий войны 1904–1905 гг. Но недра там разрабатывали японские концессии. Общение между семьями описывается как очень глубокое. Они говорят о духовном, об идентичности нашего народа, что я как автор постарался выразить в диалогах русского и японца.

– Почему, чтобы сказать о Христе, вы выбрали таких своеобразных героев, сюжет, эпоху? Почему история не про новомучеников?

– Этого немало написано и без меня. Хотелось привлечь внимание людей церковных и не очень церковных к жизни простых советских людей, нерелигиозных, но которых Бог не оставил, несмотря на безбожное время. Это мое глубокое убеждение. Я думаю, оно может быть поддержано и разделено не только читателями, но и очень широким кругом людей. Мой дедушка, коммунист и редактор газеты, конечно, пропагандировал советские идеалы и образ жизни, было, наверное, и что-то антирелигиозное. Но никогда этого он не проявлял в обычной жизни. На смертном одре его последними словами были: «Господи, дай еще пожить». Обращение «Господи» от офицера, редактора советской армейской газеты услышать было неожиданно. Значит, в душе человека происходило нечто иное, отличное от того, что требовалось выражать в статьях или публикациях и в словах, которыми он обменивался в семье, с друзьями или на службе. Подобное происходило и с другими людьми, и я убежден в этом. Мои персонажи несут как бы внутреннюю, невысказанную веру. О невысказанной вере советского человека я и написал свою трилогию. Первый роман назван по имени трилогии «Третий брат», второй, с участием тех же и уже новых героев, переносит действие в Архангельск (как и было в моей семье), и там происходит привязка к истории северных атлантических конвоев, когда союзные суда поставляли вооружение и продукты питания для советской армии, воевавшей с Германией. Речь там идет о самом неудачном конвое (есть известное произведение Валентину Пикуля «Реквием погибшему каравану», но моя книга не парафраз, поскольку имеет иной подход и содержание) за всю историю войн. «Приказ Паунда, или Адский поход» – таково название книги, по имени первого морского лорда Британии. Он отдал приказ конвою оставить караван в определенный момент. Есть разные версии случившегося: то ли это была трусость, то ли невероятно хитроумный маневр, споров было много. Во втором романе дается авторская версия тех событий.

А третий роман – «Разбитый образ». Это время перестройки. Продолжается жизнь семьи, уже следующего поколения. Люди учатся, завязываются контакты, ездят на учебу на Запад. И мы также знаем историю: огромное количество офицеров было уволено в связи с приземлением Матиаса Руста на легкомоторном самолете на Красной площади. Роман не о полете, конечно. Затрагиваются отношения с будущими «западными партнерами», которые только появляются. А главное – преследуется идея, как и в других романах, о том, что человек готов ради другого на жертву. В общем, Третий Брат – это Христос, незримо присутствующий там, где люди, не называя имени, знают Его именно благодаря тому, как они поступают друг с другом.

– Кому обязательно стоит прочитать романы трилогии и почему?

– Хотелось бы, чтобы прочитали люди моего возраста, чуть старше или моложе тех, кто захватил советскую эпоху в сознательном и даже зрелом возрасте и помнит людей, характеры, события. Но интересно будет об этом узнать и молодому поколению с возможностью увидеть, как жили отцы и деды, чем жили, как относились к радостным и трагическим событиям, как это выглядело, когда разговоры заходили о вещах неотмирных. Ведь диалоги и повествование романов выводят на ту тему, что Христос среди нас всегда, хотя мы и называем безбожным то время. Спаситель не отступил и не отошел от тех, кто отступил от Него. 

Беседовал Владимир Басенков

Джерело:  http://pravlife.org

Додати коментар
Подiлитися: