Навiгацiя

Церковний календар

Новини / Престарелый родственник: отдать нельзя оставить / Престарелый родственник: отдать нельзя оставить

Престарелый родственник: отдать нельзя оставить

15.09.2020

В современном обществе бытует мнение, что немощным людям пожилого возраста лучше пребывать в специализированных заведениях, где им будет оказана профессиональная поддержка. Но на постсоветском пространстве таких заведений мало, да и далеко не всем они по карману. Как же быть, особенно если не справляешься? Надрываться, но тянуть на себе тяжёлый уход? Искать сиделку? А если денег нет? Куда идти и что делать?

Сразу скажу: универсального ответа на эти вопросы нет, потому что все случаи очень индивидуальны, каждый нужно рассматривать отдельно. Христианский долг нам говорит, что мы должны досмотреть своих престарелых родителей. У нас есть пятая заповедь: «Чти отца твоего и матерь твою, да благо тебе будет, да долголетен будешь на земле». Однако здесь кроется множество всевозможных «но». Попытаемся с ними разобраться.

Не отнимать возможность трудиться

Нередко человек с ограниченными ввиду возраста возможностями ведёт себя на наш взгляд странно: злится, обижается, капризничает, — но это неслучайно. Приведу пример из своей жизни. Моя мама — инвалид первой группы, ей ампутировали ногу в 2012 году. Это был необычный период моей жизни. Я ещё жил с родителями и после случившегося всю мамину работу взял на себя. Готовил, убирал, стирал и так далее. Это был период наших очень больших ссор. Мама плакала и говорила, что она нам обуза. Я пытался её переубедить, старательно делал всё необходимое. Я не понимал её обид и всего себя посвятил заботе.

Один из серьёзных скандалов произошёл по той же причине: мама обижалась, что мы с папой не даём ей ничего делать. И до меня дошло, что мама обижается и ссорится не потому, что у неё испортился характер, не потому, что у неё нет ноги и она вынуждена всё время находиться в кровати. Просто не надо у неё отнимать возможность трудиться, не надо отвергать её помощь — наоборот, надо дать ей что-то делать по мере сил. А я всё взял на себя, и она чувствовала себя бесполезной. Когда я это понял, то стал давать ей возможность делать всё, что у неё получалось — и мама расцвела, у неё словно открылось второе дыхание.

Сейчас они живут вдвоём с папой и справляются отлично. Мама готовит еду, не вставая с кровати — ей только нужно подать необходимые продукты. У неё есть необычный столик, на котором она всё делает. Это даже не столик, а приспособление, составные части которого совершенно не похожи на стол, а она на нём даже отбивные делает! Ещё мама научилась вязать в пятьдесят девять лет. Всё начиналось с маленьких цветочков, потом она научилась вязать салфетки и в конце концов — игрушки. Она их дарит. У моих детей есть вязаный трактор, динозавр, кот, малыш с соской — с ним спит средний сын. Думаю, это очень большое достижение — научиться всему этому, когда у тебя всё болит и тяжело руку вверх поднять. Но жажда деятельности у человека никуда не девается, и потому надо давать возможность эту жажду хоть как-то утолять.

Так что нередко трудности с человеком, имеющим ограниченные возможности, коренятся в том, что мы не даём ему реализовать его потенциал. То же касается престарелых родственников. Не надо всю их работу брать на себя — надо помогать.

Дарить время

Есть другие случаи. Если ваш родственник прикован к постели, он требует ухода и внимания. С ним надо общаться. Даже если он не может говорить, он готов слушать и очень рад этому. Порой ему нужно от нас только одно: наше время. Что касается нас, то мы либо можем дарить ему это время, либо нет — так тоже случается. Я не хочу сейчас оперировать такими словами, как «если мы христиане, то должны» — считаю, что мы никому ничего не должны, мы либо можем что-то делать, либо нет. Из этого и надо исходить: есть у нас реальная возможность что-то сделать или нет?

Принимать их выбор

У меня есть знакомые, которые сами просят детей отправить их в специализированное учреждение. Они не хотят мучить себя и их. Мне сложно однозначно определить своё отношение к такому варианту событий, но не думаю, что это плохо. В этой ситуации проявляется не только любовь детей к родителям, но и забота родителей о детях. Я знаю ряд случаев, когда пожилых людей отдавали в специализированные пансионаты, где их окружали сверстники, и в итоге они открывали для себя новую жизнь. Поразительно, но некоторые только на закате жизни понимали, что могут жить для себя. За рутиной они не замечали, насколько прекрасна жизнь.

Бывают другие случаи — когда родители неспособны отпустить детей. Они могут справляться самостоятельно, но не хотят этого. В такой ситуации детям надо проявить мудрость и решить, как лучше поступить.

Уважать самостоятельность

Нередко бывает так, что очень пожилой человек абсолютно самостоятелен и не хочет ничьей помощи. Например, у меня есть знакомая, ей за восемьдесят. Она ездит на велосипеде, живёт одна, прекрасно справляется с хозяйством. Выглядит так же, как и женщины лет на десять-пятнадцать младше. Движение заставляет её жить. Недавно она самостоятельно прополола почти всю большую клумбу перед храмом, которую предполагалось полоть всем приходом. Эта замечательная женщина проснулась в четыре утра, выехала из дома в половине шестого — и до восьми утра всё сделала. «Я бы её всю прополола, да тяпка сломалась!» — говорила она потом. Моему удивлению не было предела. Вопрос: могут ли родственники решать судьбу столь самостоятельного и активного человека? Думаю, ответ очевиден.

Есть альтернатива

Другое дело, если за пожилым родственником требуется специализированный уход. Это касается людей, которые страдают различными формами старческой деменции, иначе говоря — явно не в себе. Большое счастье, если где-то есть хорошее учреждение с адекватными специалистами, которые действительно могут помочь и пожилому человеку, и его семье. Я не считаю грехом, если родственники поместят в такое заведение родственника, который давно утратил связь с действительностью. Но, к сожалению, в нашей стране таких заведений очень мало. Те, что есть, настолько ужасны в плане условий, что оттуда надо забирать людей, а не определять их туда. Даже хосписы для раковых больных у нас — это места, оставляющие желать лучшего.

Если родным больного и немощного человека удастся найти хорошее место, где ему будет хорошо — отлично. Будем честны: в семьях таким больным не всегда радужно живётся. К сожалению, действительно хороший уход, как правило, возможен только в платных учреждениях — а на них у наших людей зачастую просто нет денег. Но есть альтернатива. Насколько я знаю, сейчас появились частные пансионаты для престарелых, часть их содержания составляют дотации государства, часть — проценты от пенсий живущих там людей. Причём мне доводилось видеть такие дома даже в небольших городах, они хорошо содержатся и очень уютно выглядят.

Просить помощи не стыдно

Если по каким-то причинам случается так, что такое заведение недоступно (а так может быть из-за нынешних политических проблем в нашей стране), если человек не справляется с уходом за престарелым родственником — можно и нужно обращаться за помощью. Сейчас в каждом благочинии есть соцработники, задача которых — организовывать помощь нуждающимся, и в таких случаях — в том числе. На большом, крепком приходе такая помощь тоже зачастую организована. Если мы взяли на себя крест ухода за больным родственником, то найдётся и наш Симон Киринейский, который поможет нам этот крест нести. Если не справляетесь — надо искать помощи и не стесняться просить её. Это не стыдно, и не справляться — тоже не стыдно. Надорваться и слечь рядом с лежачим родственником — разве это хорошо?

Если приход маленький — надо обращаться в благочиние. В любом случае, священник должен знать, что на его приходе есть больной человек, требующий помощи. К сожалению, у нас далеко не каждый приход — это община. В Америке победило мнение Шмемана, который утверждал, что община очень важна в жизни христианина. Это верно: вместе проще справляться с проблемами. А у нас люди очень обособлены, и это плохо.

Проблемы, о которых не говорят

Причин у этой обособленности несколько. Первая — мы, священники. Далеко не все батюшки стремятся объединять прихожан. Да и помощь нуждающимся разных категорий — дело, требующее очень большой отдачи, на которую не все готовы. Порой священники могут проявлять хамство и неуважение, и люди просто боятся обратиться к такому пастырю за помощью.

Вторая проблема — всеобщая пассивность. Христиане других конфессий называют себя «детьми Писания», а ведь так должны называться мы, православные. Мы должны изучать Писание и реализовывать заповеди в своей жизни.

Третья — мы не дружим между собой. Нередко священник воспринимает другого священника как конкурента, обижается, если прихожанин из его храма в другой перешёл, завидует успешности миссии своего собрата. Среди прихожан многим неинтересно общение с единоверцами, большинство приходит в храм только отстоять службу. Архимандрит Савва (Мажуко) недавно очень хорошо сказал, что христиане должны быть прозрачными, то есть через них люди должны видеть Христа. А мы зачастую собой Христа закрываем. Это очень грустно. Об этом не принято говорить, но от этого проблемы не перестают существовать.

Подытожу: оставлять престарелого родственника или отдавать его в спецучреждение — это вопрос, который решается каждой семьёй по-своему. Это уравнение со множеством переменных, очень деликатная тема. Прекрасно, если у человека есть адекватный духовник, который может дать ему разумный совет. Хорошо, если он будет учитывать его силы, моральное состояние, степень близости с престарелым родственником и так далее — а не будет стыдить и принуждать брать крест не по силам.

Священник Димитрий Паламарчук

Джерело:  http://gorlovka-eparhia.com.ua

Додати коментар
Подiлитися: